младенец

Наверное, каждая женщина считает свои роды одним из самых важных событий, произошедших в ее жизни. Я – не исключение. Но в моем случае роды стали еще и проявлением того, что я называю «медицинским чудом».

Моя история родов

Поясню свои слова. «Медицинское чудо», по моему мнению, это слаженные, точно подобранные интуитивно действия медицинского персонала, приведшие в итоге к спасению жизни пациента или его быстрому выздоровлению. Чудом я называю это потому, что первоначально существовала сотня способов ведения данного больного и только один, тот, что был выбран, мог привести к отличному исходу.

Многие мне возразят, скажут, что в этом и заключается работа врача – выбирать правильный, единственно верный способ лечения. Это, конечно, верно, но возможно только тогда, когда медицинская наука уже доказала, что именно этот способ таковым и является. На практике же далеко не всегда известно, что для конкретного пациента в данной ситуации лучше. Кроме того, на работу врача нельзя исключать влияние личностных характеристик. Это то, что оценке пока не поддается.

Одни врачи сделают все, потратят свое личное время, затратят больше ресурсов, чем было отведено, но спасут пациента. Например, врач НЕ ОБЯЗАН объяснять пациенту важность лечения (многие пациенты этого не понимают и не лечатся). Но вот киношный доктор Хаус кое-где жестко, резко, но заставит пациента сделать правильный выбор, а большинство врачей произнесут заранее заготовленные фразы – подпишите отказ от госпитализации/лечения здесь, здесь и здесь... Затем, со спокойной душой отпустят пациента дальше болеть и умирать.

Да простят меня за такое длинное вступление, но без него трудно понять суть произошедшего «чуда».

Я поступила в больницу на 38 неделе первой беременности с подозрением на транзиторную ишемическую атаку (нарушение кровообращения в головном мозге)  поздно вечером. Врачи, действуя по инструкции, понизили мне повышенное давление с помощью магнезии, взяли все анализы и положили под наблюдение в реанимационное отделение. На второй день в связи с отсутствием изменений на МРТ головного мозга и значительное улучшение самочувствия, меня перевели в обычное отделение патологии. Я совсем не спала ночью (это понятно, реанимация – не гостиница), была очень напугана своим состоянием, затем рада, что опасность миновала, что совсем не отметила значительное уменьшение частоты движений своей малышки. А между тем она почти совсем перестала шевелиться, а мне хотелось лишь спать. В течение дня, мне повторяли и повторяли КТГ плода, где было видно наличие сердцебиения, что убеждало меня, что все у нас хорошо, как выяснилось затем, напрасно.

Около 10 вечера ко мне в палату влетела возбужденная, незнакомая мне ранее врач. После краткого представления, сообщив, что является дежурным врачом, она заявила, что проанализировала мое КТГ при поступлении и в настоящее время, и убеждена, что исчезновение регистрируемых движений плода – признак гипоксии малышки и потребовала (именно потребовала, а не порекомендовала!) мне экстренное кесарево сечение.

Конечно, я хотела родить сама. Конечно, я надеялась совсем на другой, стандартный сценарий родов – раскрытие шейки матки, боль, «тужьтесь!» от акушерки, крики, боль, крики, раскрытие увеличивается, затем «показалась головка» и так далее. Но, как говорится, человек предполагает…

 Я попросила сделать один звонок, к чему врач отнеслась отрицательно, и аргумент ее был серьезен – у моей девочки времени почти не остается.

Хочу отметить, что основывалась врач только на интуиции – есть масса объяснений моего КТГ, начиная от допотопного аппарата до моей относительной голодовки в течение двух дней – из-за моего состояния до поступления желания есть совершенно не было, а реанимационной утренней пресной каши и обеденного супа нам с малышкой могло не хватить. Но врач настаивала, и я понимала, что для нее экстренная операция ночью это вовсе не прихоть, не желание работать, а всего лишь одна твердая убежденность, что спасти мою малышку она ДОЛЖНА. Конечно, я согласилась.

Я была поражена тем, что происходило далее. Я как будто оказалась героиней хорошего американского сериала про медицину. Моментально меня привезли в яркую и чистую операционную, вокруг меня суетилась операционная бригада, анестезиолог отсчитывал секунды, пока хирурги уже стояли со скальпелями наготове. Поскольку я была в сознании, меня отвлекали, не давая страху завладеть мной, спрашивая про мою работу, имя малышки. Я не успела сообразить, что операция началась, как вдруг услышала первый громкий крик моей доченьки, впервые знакомящейся с этим, спасшим ее, миром. Как выяснилось, произошло нарушение кровоснабжения в плаценте и гипоксия плода. У моей девочки действительно были минуты. Именно действия врача, ее внимательность к моей истории болезни, несмотря на большую загруженность, ее тон и требовательность согласиться на операцию, а также слаженная работа всей хирургической бригады той ночью, стали для меня «медицинским чудом».

Я не называю имена врачей потому, что эта история могла произойти в любом российском городе. Многие наши врачи – герои, самоотверженно работают, ежедневно несут на своих плечах тяжкое бремя серьезной ответственности, но, к сожалению, в нашем обществе практически без всякой славы и должного уважения. Я верю в то, что когда-нибудь и в нашей стране врачебная профессия будет признана самой достойной из всех, а пока желаю всем мамочкам легких родов и здоровых малышей!